Недавно в Белгороде произошло событие, которое весьма активно обсуждали его жители. В центре города среди бела дня рухнул элемент конструкции строящегося жилого дома. Горожане называли несколько версий случившегося, пресса использовала выражения «гидроудар», «обрушение плиты» и «разрушение опалубки». Эксперты, конечно, во всём разберутся. Но одно ясно точно: это происшествие не обошлось без представителей племени непрофессионалов, которое легко захватывает новые и новые позиции в нашей действительности.
В последние годы многие политики, учёные, экономисты бьют тревогу по поводу того, что заканчивается жизненный ресурс советского производственного потенциала, доставшегося в наследство новой России. Устаревают технологические линии предприятий, ветшают электростанции. Но происходит гораздо более страшное: стремительно редеют ряды профессионалов. Взамен их приходит поколение дилетантов – лёгких, безмятежных, абсолютно не умеющих напрягаться» и не считающих нужным этого делать. Их кредо – сложная смесь ощущения собственной значимости, повышенной утомляемости и стойкого осознания того, что весь окружающий мир задолжал им с самого рождения и никак не может расплатиться по счёту.
Сегодня тысячи и тысячи выпускников российских вузов не работают по специальности. Покидая студенческую скамью без сожаления и особых знаний, они пополняют аморфную серую толпу, метко названную офисным планктоном. Работают, где придётся и как придётся, меняя сферы деятельности, как перчатки. Они совершенно справедливо считают, что получают мизерную зарплату, и громогласно заявляют об этом на каждом углу. При этом ни один из них не понимает, что и её платить-то не за что. Он не профессионал, потому что не умеет делать ничего такого, что не повторит без труда другая такая же креветка». И поэтому, когда с ним без сожаления расстанутся, – на его место через час придёт другой приниматель факсов и перекладыватель бумажек.
Не так давно мне довелось побывать на встрече выпускников одного вуза с потенциальными работодателями. Стоило посмотреть, с каким скучающим видом слушали шестьдесят оболтусов выступления представителей мощных, преуспевающих предприятий. Будущим специалистам рассказывали о современных технологиях, приличной заработной плате, социальном пакете и многом другом, а те смотрели на своих потенциальных нанимателей, как на надоевших клоунов. И в середине увлечённой речи главного инженера одной компании из глубины зала донёсся полупрезрительный, насмешливый вопрос: Это ж у вас и по субботам работать нужно будет?» Главный тут же начал оправдываться: мол, у нас пятидневка, но, по-моему, унижался он зря. Уже по тону вопроса можно было понять, что и в остальные дни недели задавший его явно перерабатывать не стал бы.
Мы не только в массе своей перестаём быть профессионалами – мы отучаемся уважать само понятие профессионализм». Быть спецом давно не модно. Нашим обществом завладела обезьянья любовь ко всем ярким, лёгким занятиям, в которых, как мы знаем из сериалов и телепроектов, можно преуспеть мгновенно, придя с улицы. Но подойдите к директору федерального телеканала и предложите ему создать реалити-шоу Как стать инженером!». Да прожжённого медиамагната тут же парализует на месте! И как жаль, что нет трёхнедельных курсов по ускоренной подготовке стилистов, дизайнеров, рекламистов, эстрадных звёзд, журналистов, на которые можно было бы направить всю страну! Что угодно – только не железо в руки. Только не формулу в голову. Только не скучный, рутинный труд с утра до вечера!
Особенно опасна убыль профессионалов в нашей науке и технике, в материальных отраслях производства. Там, где больше всего требуется отточенная компетентность, которая сначала достигается годами кропотливой зубрёжки, а затем – постоянной практикой. Зато везде и повсюду безоговорочным уважением пользуется креатив» – творческий взрыв, волшебное решение, прорыв, который разом решит все проблемы. Идеальным воплощением креативного мышления может считаться барон Мюнхгаузен, вытащивший себя за волосы из болота. Но в век микропроцессоров и наноматериалов хоть всю жизнь просиди за составлением прожектов и придумыванием блестящих идей – не одна из них не заработает без фундамента. Эпоха беспочвенных озарений и прорывов умерла задолго до изобретения паровой машины, и с тех пор любой успех достигается лишь кропотливым, постоянным, умело организованным трудом.
У нас ещё получается делать хорошую мину при плохой игре. Пока держат на плаву профессионалы ушедшей эпохи. Когда они окончательно покинут игру – рухнет всё. Тогда не исключением, а нормой станут пляшущие мосты, падающие стены новостроек, зарезанные на операционных столах пациенты, рвущаяся на второй день после покупки обувь и многое другое. И не помогут нам ни нефтедоллары, ни смена правящих партий, ни всенародные судорожные поиски виноватых, которые всегда были нашей любимой национальной забавой. Потому что железобетонной опоре абсолютно всё равно, сколько в своё время заплатил за экзамен по сопромату её проектировщик: при недопустимой нагрузке она сломается. Поставленный наобум диагноз не спасёт больного только потому, что хирург – зять главного врача больницы. Скверно пошитые туфли не станут качественнее от того, что выпустившая их фабрика усиленно борется за звание инновационной.
И тогда мы, наконец, поймём, что главный в нашей жизни не креативщик, а технарь, работяга-профессионал, который знает своё место в жизни и делает только одно дело, но справляется с ним превосходно. Так будет. Единственное, что очень беспокоит: не опоздать бы с этим пониманием.
Михаил Колосов
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
